ТЕКУЩИЕ СОБЫТИЯ

Спустя полвека с лишним после основания Андоран стоит на пороге зрелой республики. Верховный избранник Андира Марусек, недавно избранная на третий и последний срок, показала себя вождём трезвым и мудрым; попрёки молодостью и неопытностью ей давно не приходится выслушивать — ей за сорок, и за спиной целая жизнь в политике и на войне. Страна и её учреждения взрослеют, а вместе с этим приходят и новые беды, и новые возможности. Из первых политиков страны в общественной жизни почти никого не осталось, а мятежный пыл, сплотивший основателей, давно выродился в грызню фракций о том, как управлять разросшимся чиновным аппаратом. Старики уходят из Народного совета, и свежая кровь оживляет споры, толкая к новым преобразованиям — например, к надзору за лесной торговлей. Но вместе с уходящими представителями и консулами исчезают и годы опыта в расшивке политических заторов, и нынче залы Дворца Народного совета часто звенят молодыми голосами, которым важнее показать себя, чем провести закон на пользу народу.

Новые представители приносят и новую преданность, и последние сессии Народного совета сотрясли несколько случаев мздоимства, торговли голосами и прямого подкупа. Семь Домов, тайное общество из потомков некогда знатных семей, продолжает расползаться вширь, прибирая к рукам местные должности и места в Народном совете. Даже честному сановнику в нынешнем Андоране приходится выбирать из трудного: внешний нажим Челии, Талдора и Ока Ужаса против свобод внутри страны, устойчивости хозяйства и последствий Божественного Дождя.

Растущая напряжённость. Несмотря на годы относительного покоя, нынешний Андоран неспокоен. Потрясение от Божественного Дождя держит людей на взводе, а многих сановников охватила ревностная страсть к расширению и военным приготовлениям. По всей стране копят оружие и обучают новые полки — а к чему большое отборное войско, если его не пускать в дело? Несколько консулов зовут к вылазкам в Галт или Исгер, чтобы «обеспечить там порядок», и эти сановники готовы обойти законные пределы своих полномочий, лишь бы добиться своего. Предостережения Кионина и Друмы об угрозе Шепчущего Деспота только подлили масла: многие консулы не прочь закрепиться в этих богатых державах под предлогом военной помощи. Пусть Андоран и отвернулся от колониальных привычек талданского прошлого, в стране всё настойчивее требуют снаряжать поисковые отряды за божественной кровью и осколками войны, где бы те ни лежали.

Осторожные сановники и политические мыслители открыто выступают против военных приготовлений: подчинять нужды народа содержанию войска — тяжкое посягательство на Общее Правило и свободу граждан. Впрочем, и кое-кого из них можно склонить к поддержке заморских походов — лишь бы растущая сила андоранского войска не обратилась внутрь страны. Жизнь на восточной границе эту опасность и подтверждает: граждане жалуются, что городки по всему Артфэлю превратились в крепости и военные лагеря, где до рынка не дойти, не наткнувшись на дозор. Разбухшие гарнизоны вдобавок объедают округу и взвинчивают цены для мирных жителей вокруг застав. В некоторых поселениях военачальники попробовали ввести комендантский час и прочие ограничения — и едва не довели старожилов до бунта.

Дьяволы у порога. Нынче слухи о грядущей войне с Челией разносятся по Андорану так же неизбежно, как крик артфэльских птиц возвещает утро. Нравственное разложение Трижды Проклятого дома Трун и бесчисленные посягательства королевы Аброгейл II на свободы подданных — любимая тема бродячих лицедеев и менестрелей от Алвиса до Зауэртона. Городские глашатаи доносят о подозрительных перемещениях войск вдоль западной границы Андорана и о дьяволах-гонцах, замеченных над Асподельскими горами. Если верить трактирным разговорам в Алмасе, война между Челией и её бывшим владением может вспыхнуть в любой миг.

Многие в стране слишком молоды, чтобы помнить Народное восстание, и к возможной войне относятся в целом благосклонно — особенно молодёжь из купечества и студенты. Рабочий люд Андорана, напротив, достаточно трезв, чтобы понимать, кого погонят в строй, если войску понадобится набрать числа.

Военные и политические вожди страны с этим настроением заодно. Верховный избранник Андира Марусек давно ненавидит одержимую дьяволами Челию, а годы, проведённые там под личиной в рядах Сумеречных Когтей, дали ей целый кладезь виденного своими глазами — есть чем подкрепить воинственную речь перед Демархическим собранием или беседу с глазу на глаз с встревоженным консулом. Трайборн Уэйтс, глава Стальных Соколов, громко ратует за вторжение и называет войну с Челией «неизбежностью». Рис Куприанас, командующий Орлиных Рыцарей, и Ингрид Одебер, глава Золотого Легиона, стоят за сдержанность твёрдо, но почти в одиночестве. Вдвоём они убеждают Марусек заняться делами внутренними — отстроить восток после Диколесского мятежа или послать помощь выздоравливающему Галту. Оба вдобавок всерьёз боятся того, что военщина сделает с драгоценными свободами андоранцев. Пока уважение Марусек к Куприанасу, старому походнику, удерживает её от того, чтобы требовать у Народного совета объявления войны, — но одна кровавая стычка на взвинченной границе всё изменит.

Тем временем Лесной консорциум негласно подпитывает военные приготовления. Для продажной монополии война — сплошные возможности. Поднятому войску нужен лес на повозки, осадные машины и стрелы, а морская гонка загрузит верфи Августаны. Открытая война вдобавок удачно отвлечёт Золотой Легион, который в последнее время взялся за злоупотребления Консорциума и его неподобающее влияние на власть. Это как раз та щель, в которую Лесной консорциум пролезет, чтобы восстановить положение у леса Вердуран, а то и раскинуть сети на только что открывшиеся рынки Галта. Представители, связанные с Консорциумом, требуют чрезвычайных сессий Народного совета, чтобы протащить воинственные постановления и дать военачальникам ещё больше воли.

В нескольких милях от западной границы Андорана Челия вызывающе выставила легионы дьяволов «для обороны». Набегов через границу пока не было, но торговцев между державами притесняют и обкладывают грабительскими пошлинами. Городские головы и смотрители на границе доносят о всякой чертовщине, вплоть до необъяснимых исчезновений и смертей, но ничего из этого с Челией накрепко не связали. Аброгейл — противник хитрый: она знает, что соседи скорее придут Андорану на помощь, если Челия двинется в полномасштабное вторжение. Потому пока она и ведёт дело мелкими провокациями по дипломатической и шпионской части, чтобы Андоран сделал первый крупный шаг сам.

Вложение в будущее. Впрочем, не всё наследие Божественного Дождя обернулось бедой. Добыча божественной крови и осколков войны подняла по стране волну изобретательства. Правда, немалую часть этого порыва направили на разрушение: Андоранская гильдия алхимиков научилась варить из божественной крови взрывчатые смеси невиданного рода, а новорождённое Платиновое крыло Орлиных Рыцарей сумело выковать ружья и боеприпасы с осколками войны. Но Платиновое крыло создало и немало полезных заклинаний и мирных ремесленных приёмов, а изыскания вокруг Божественного Дождя отучили хозяйство страны держаться на одном лесе. Город Алвис, дом Гильдии алхимиков, разбух и в людях, и в весе, а алхимические открытия делаются там с пугающей быстротой. Верховный избранник Андира Марусек подозревает, что силу божественных останков по-настоящему раскроет следующее поколение изобретателей, мастеров и чертёжников. Она продавила через Народный совет изрядные средства на училища и общедоступные лаборатории по всей стране. Бо́льшая часть денег ушла на новые бесплатные школы для граждан; самые заметные — школа Галимноса в Августане и Институт Талмандора в Алмасе. Наблюдатели за советом предполагают, что в скором времени состоится голосование и бесплатное образование для всех станет правом андоранца.