НОРГОРБЕР

ЧЕРНОПАЛЫЙ, ОТЕЦ-ЖИВОДЁР, СЕРЫЙ МАСТЕР, ЖНЕЦ РЕПУТАЦИЙ

Область интересов алчность, убийство, яды, тайны
Наказы держать свою истинную личность в тайне, при необходимости жертвовать кем угодно, использовать любое преимущество в бою, действовать из тени
Табу позволить связать свою истинную личность с гнусными деяниями, добровольно делиться секретами, проявлять милосердие
Божественная характеристика Ловкость или Интеллект
Священный символ одноглазая маска
Священное животное паук
Священные цвета чёрный, серый

ПРЕИМУЩЕСТВА ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ

Заклинания жреца 1-й: иллюзорный облик, 2-й: невидимость, 4-й: видение смерти
Божественный источник вред
Божественное освящение может выбрать нечестивость
Божественный навык Скрытность
Домены смерть, тайна, обман, богатство
Любимое оружие короткий меч

Норгорбер

Божество

Обычный

У бога алчности, убийств, ядов и тайн есть четыре ипостаси: алхимики и отравители зовут его Чернопалым, убийцы зовут Отцом-Живодёром, воры зовут Серым Господином, а шпионы — Жнецом Добрых Имён.
Тип: божества региона Внутреннего Моря.
Наказы: держать свою истинную личность в тайне, при необходимости быть готовым пожертвовать кем угодно, пользоваться любым преимуществом в битве, действовать исподтишка.
Табу: позволить связать свою истинную личность с преступлениями, добровольно делиться секретами, проявлять милосердие.
Зоны озабоченности: жадность, убийства, отравления, секреты.
Мировоззрение последователей: ПЗ, НЗ, ХЗ а также Н для последователей Жнеца Добрых Имён.

Преимущества последователей

Божественный источник: Повреждение.
Божественный навык: Скрытность.
Любимое оружие: Короткий меч.
Домены: смерть, тайна, обман, богатство.
Заклинания жрецов: 1 круг: Иллюзорный облик, 2 круг: Невидимость, 4 круг: Убийственный фантазм

Как и подобает богу тайн, жизнь Норгорбера до его вознесения покрыта мраком, но его цели с момента обретения божественности предельно ясны — вселять уверенность в тех, кто использует сокрытые или запретные знания ради господства, контроля и личной выгоды. Норгорбер вершит свои дела во множестве обличий, каждое из которых призвано укреплять веру его почитателей, пока те действуют во тьме — и помогать ему в осуществлении его собственных, неведомых и непостижимых замыслов.

В ипостаси Чернопалого Норгорбер хранит тайны алхимии, вдохновляя последователей выходить за привычные рамки исследований ради создания новых алхимических веществ, невзирая на любые опасности и последствия. В то время как одни приверженцы Чернопалого лишь выводят всё более ядовитые растения и токсичных тварей в поисках смертоносных ядов, другие подвергают ничего не подозревающих подопытных воздействию опасных алхимических реагентов, чтобы понять принцип их действия, либо используют пленников для изучения влияния яда на живую плоть. Создаваемая ими контрабанда обычно оказывается в руках преступников, вершащих собственные тайные дела: те пускают её на что угодно, от растворения дверных замков и стирания воспоминаний до маскировки насильственной гибели от яда под естественную смерть.

Отцу-Живодёру поклоняются те, кто по доброй воле предаётся запретному искусству убийства, обрывая чужие жизни осознанно, беспощадно и без малейшего раскаяния. Культ Живодёров, как называют себя его почитатели, упивается жестокостью и властью, которую дарует лишение другого существа жизни. Одни из них — разбойники или воры, убивающие в ходе своих повседневных дел, другие — наёмные убийцы, наживающиеся на ремесле, но все они наслаждаются убийством ради самого процесса: ради мимолётного трепета, ради даруемого им чувства всесилия или как формой богослужения, которая, как они верят, приближает свершение сокрытых планов Отца-Живодёра. Скрытность столь же жизненно необходима для их дел, ведь им должно избегать разоблачения и уходить от правосудия, дабы продолжать свой священный промысел.

В качестве Серого Мастера Норгорбер покровительствует тем, кто преступает закон ради собственной выгоды, накапливая власть и богатство путём шантажа, похищения людей, вымогательства и иных тайных, а зачастую и кровавых деяний. Многие члены Серой гильдии, как называют себя его сторонники, используют обман как часть своего промысла, но будь они ворами или вышибалами, тайны заботят их прежде всего как инструмент подчинения и давления на окружающих. Каждый достигнутый ими успех лишь разжигает аппетит к большему, и многие верят, что если они накопят достаточно власти, Норгорбер одарит их своей милостью и наградой.

Четвёртая ипостась Норгорбера, Жнец Репутаций, ценит тайны ради них самих. Этот аспект Норгорбера призывает последователей выискивать сокрытую правду о жизнях других людей и пускать эти сведения в ход прямо против них. Почитаемый политиками и шпионами, Жнец Репутаций знает подлинную цену, которую тайны имеют для тех, кто ими владеет, и ту силу, которую они дают тем, кто точно знает, когда и как предать огласке компрометирующие сведения ради извлечения наибольшей выгоды.

Норгорбер крайне редко предстаёт перед смертными лично в любом из своих обличий и ревностно скрывает свою истинную суть от тех, кому является. Обычно его изображают исключительно в виде безликой чёрной маски, хотя порой он предстаёт смертным мужчиной, чьё лицо и ладони скрыты от взоров. Любой, кто видел его и попытался запечатлеть черты его лика точнее, обнаруживает себя неспособным передать его подобие и может даже полностью лишиться художественного таланта. Тем же, кто прогневал его менее прямо, Норгорбер демонстрирует своё презрение, похищая секреты и воспоминания из их разума: он оставляет им ровно столько, чтобы они осознавали утрату, но недостаточно, чтобы когда-либо суметь найти её вновь. Бывали случаи, когда он даровал эти похищенные знания угодившим ему последователям, нашёптывая на ухо чужие тайны, которых те не заслужили собственными трудами, но из которых могли извлечь немалую выгоду.

Даже самым преданным почитателям неведомо, что Норгорбер также использует подобные крупицы сведений для изощрённых манипуляций, затягивая многих всё глубже в сети служения себе, отправляя их в погоню за тайной или посулом, которые на поверку оказываются всего лишь искусной дезинформацией. Эта ложь распространяется Норгорбером ради целей, ведомых лишь ему одному, хотя она вполне способна многократно повысить ценность тех сокрытых знаний, истинность которых ведома лишь ему.

ЦЕРКОВЬ

Святилища Норгорбера обычно спрятаны внутри других тайных заведений и зачастую располагаются в потайных комнатах воровских гильдий или подвалах лавок отравителей. Порог храма, открывающийся на яркий дневной свет, считается прямым оскорблением Норгорбера, поэтому большинство прочих его святилищ ютятся в вечно сумрачных закоулках, а их входы помечены алхимическими знаками. Кроме того, от последователей Норгорбера ожидается, что они сами раскроют секрет того, как отыскать и проникнуть в молельню. Тот, кто не способен справиться с этим в одиночку, явно недостоин переступать её порог.

Внутри каждое святилище невелико и неприметно, лишённое почти всякого убранства, за исключением ряда заострённых крюков на стене: на них вывешиваются разновидности масок, надеваемых всеми прихожанами во время богослужений — маски из закопчённого стекла для последователей Чернопалого, из дублёной кожи или человеческой плоти для Культа Живодёров, из серого полотна для членов Серой гильдии и причудливые керамические маски для почитателей Жнеца Репутаций. Эти маски безвозмездно предлагаются любому, кто не сумел принести собственную.

В большинстве святилищ также хранится рукописный список «Слов за маской» — сборника из семнадцати известных текстов, приписываемых Норгорберу. Каждая община создаёт собственную версию фолианта, либо с первоисточников, либо с уже существующего списка. Зачастую это делается путём похищения и отравления искусного переписчика: несчастному ложно сулят противоядие в обмен на труд, а по завершении работы безжалостно убивают. Несмотря на то что все книги переписываются из одних и тех же источников, списки разительно отличаются друг от друга, будучи искажены Норгорбером так, чтобы его подлинные слова никогда не стали достоянием гласности.

Каждое святилище возглавляется верховным гильдмейстером, обладающим абсолютной властью. Он направляет младших жрецов и рядовых почитателей на тайные операции ради выгоды Норгорбера, хотя редко раскрывает подчинённым истинные мотивы или детали замыслов. Хотя считается, что гильдмейстеры отмечены благосклонностью самого Норгорбера и зачастую обретают колоссальное могущество благодаря своему положению, мало кто покидает этот пост добровольно: большинство в конечном счёте гибнет от кинжала или смещается силой кем-то из подчинённых им же жрецов.

Как и все почитатели Норгорбера, гильдмейстер и жрецы неотлучно носят маски, пока находятся в стенах храма, хотя их личины сделаны из полированного чёрного материала. Прихожане входят в святилище пятясь назад, надевают маски и поворачиваются друг к другу со словами: «Лик становится маской». Последующая церемония проходит в приглушённой тишине: жрец ведёт верных в шёпотных молитвах по храмовому списку «Слов за маской», а завершается действо тем, что молящиеся отворачиваются друг от друга, чтобы снять маски со словами: «Маска становится ликом». Вне храмовых стен святилища Норгорбера встречаются крайне редко, однако последователи Отца-Живодёра и Чернопалого порой складывают свои отходы — части тел, алхимические шлаки и тому подобное — на надёжно укрытых свалках, которые затем почитают священными. Хотя постоянное ношение масок в подобных местах обычно невозможно, те, кто их посещает, при приближении проводят ладонью по лицу и шёпотом произносят: «Лик становится маской», словно пребывают в храмовых стенах. Этот же ритуал совершают многие верные Норгорбера перед важным свершением — будь то убийство, разоблачение или захват власти.

ПОСЛЕДОВАТЕЛИ

Последователи Норгорбера, совокупно именуемые Детьми Маски, в равной мере жаждут тайн и могущества. Большинством окружающих они воспринимаются как опасные сектанты; они редко действуют единым организованным сообществом и обычно придерживаются обрядов и традиций, соответствующих той ипостаси Норгорбера, которой поклоняются. Ни у кого из них нет ни малейших терзаний совести по поводу принесения других в жертву или нечестной игры ради достижения целей, и большинство из них отдаёт предпочтение именно таким методам. Однако, чтобы оставаться истинными слугами Норгорбера, они обязаны действовать, сохраняя по меньшей мере частичную анонимность и оберегая свою подлинную личность.

Для одних норгорберитов сохранение анонимности означает возведение вокруг себя завесы тайны, принятие вымышленного имени или переселение в края, где их никто не знает. Другие кажутся хорошо знакомыми своему окружению, но прячут свои истинные мотивы и цели глубоко под маской добропорядочности, манипулируя окружающими ради собственной выгоды.

В любом случае, если человек однажды принёс обеты Норгорберу, раскрытие правды о любой стороне своей жизни, не являющейся общеизвестной, считается святотатством, простительным лишь в том случае, если оно ведёт к колоссальному приумножению власти или знаний. Но даже тогда от виновного ожидается, что он навсегда оставит прежнюю жизнь позади — либо добровольно растворившись в новой личности в качестве искупления, либо пав от клинка члена Культа Живодёров.

Жрецы Норгорбера точно так же скрывают свою суть при странствиях по миру. Обычно они носят чёрные и коричневые одеяния, фасон которых часто соответствует местным веяниям, чтобы легче растворяться среди мирян. Большинство также устраивается на так называемые теневые работы — в места и должности, позволяющие беспрепятственно перемещать нелегальные грузы и выведывать опасные секреты. Многие в дополнение к сану жреца Норгорбера становятся кучерами, слугами в домах влиятельных господ, портовыми грузчиками или видными фигурами преступных синдикатов.

Последователи Норгорбера скрытны, но многочисленны, и каждая из четырёх его ипостасей привлекает тех, кто ищет определённый род сокрытой правды или личной выгоды. Чернопалый притягивает отравителей и алхимиков, а также учёных и тауматургов, готовых пойти на всё ради постижения сокровенных тайн своего ремесла. Культ Живодёров, хотя и полон тех, для кого убийство служит единственной отрадой, также включает в себя наёмных убийц и палачей, научившихся находить упоение в отнятии жизней. Последователи кредо Серого Мастера, строящие власть вне закона с помощью тайн и насилия, включают в себя криминальных авторитетов, шантажистов, похитителей и воров, а также продажных стражников и подстрекателей к войне. А те, кто почитает Жнеца Репутаций и пользуется тайнами одновременно как звонкой монетой и оружием, насчитывают в своих рядах шпионов, политиков, пропагандистов и продажных ростовщиков.

Искатели приключений, часто сталкивающиеся с неведомым и страшащиеся его, также могут оказаться на службе у Норгорбера: он дарует им сокрытые знания, запретные припасы и тайные истины, способные облегчить путь, но лишь в том случае, если они готовы пойти на всё и уничтожить любого, кто встанет на их дороге к цели.

Возлюбленные4Союзники26Враги32Сложные отношения3СаренрэйДезнаШелинКалистрияКайден КайлинАразниИомедэйТорагЭрастилГозрейФаразмаНефисИрориАбадарАсмодейНоргорберЗон-КутонУргатоаЛамаштуРовагугLost Omens: Divine Mysteries, глава «Боги Внутреннего моря»

ОТНОШЕНИЯ

Одной из малых тайн Норгорбера остаётся его влечение к собратьям по Вознесению — Кайдену Кайлину и Иомедэй, — хотя он и находит Кайдена Кайлина легкомысленным авантюристом без внутреннего стержня, а Иомедэй — глубоко заблуждающейся лицемеркой, прячущей упоение резнёй под лоском благородства. Пусть он и отвергает их убеждения, лишь им троим ведома правда о том, что именно требуется для преодоления Испытания Звёздного камня, а всякого, кто разделяет с Норгорбером истину, он либо безмерно уважает, либо стремится уничтожить. В случае с собратьями по вознесению он избрал первое, однако и Кайден Кайлин, и Иомедэй питают к нему такое отвращение, что наотрез отказываются даже говорить с ним. Первый считает его трусливым негодяем, а вторая полагает его оскорблением справедливости и подозревает в причастности к гибели Ародена.

Норгорбер обычно старается сохранять нейтралитет в делах прочих богов, считая их заботы второстепенными по сравнению с собственными целями. Однако, когда он преследует замысел, в котором другое божество способно оказаться полезным, он сосредоточивается исключительно на цели, а не на средствах: он охотно поддерживает тех богов и идеалы, до которых ему нет никакого дела, и часто лжёт о своих истинных планах. В итоге Кайден Кайлин и Иомедэй далеко не единственные, кто питает к нему презрение. Абадар убеждён, что преступные деяния его слуг, особенно Серой гильдии, подтачивают устои закона и торговли. Эрастил считает, что он и его приверженцы сломали бесчисленное множество жизней непростительным образом. Саренрэй не раз была обманута заверениями Норгорбера о том, что он раскаялся и ищет искупления, и теперь наотрез отказывается внимать его мольбам. Тораг видит в нём смертельную угрозу, разрушающую города изнутри ложью и наветами.

Впрочем, у Норгорбера есть несколько союзников среди божеств, симпатизирующих его трудам и поддерживающих с ним добрые отношения, главным образом из-за совпадения интересов. В их число входят Ахакек, бог наёмных убийц, и Сивана, богиня иллюзий, почитаемая хранителями тайн. Он также разделяет общие интересы с Тамиром, полуросличьим богом алчности и возможностей, чьи почитатели часто ставят обоих владык рядом. Однако сам Норгорбер и его культ взирают на Тамира и его паству с неприкрытым презрением, причиной чего, по мнению многих, служит некая древняя тайна, связывающая двух богов.

БОЖЕСТВЕННЫЕ СОЮЗНИКИ

Союзники Норгорбера столь же скрытны, как и сам бог, а их личности служат ревностно оберегаемой тайной среди посвящённых. Известно, что тени приходят на помощь жрецам Норгорбера, равно как и карумзеки — высокоразумные паукообразные твари, славящиеся своей страстью к ядам и алхимии.

Разящий зверь: Колоссальный и свирепый металлический скорпион, вестник Норгорбера представляет собой чудовище, созданное исключительно для убийств. Он непоколебимо убеждён, что лишь сам Норгорбер способен сразить его, хотя за историю смертных он погибал бессчётное число раз; самые свежие летописи свидетельствуют о том, что он был повержен и в Талдоре, и в Абсаломе. Всякий раз, когда подобное происходит, Норгорбер просто воскрешает чудовище и начисто стирает память о его поражении. В отличие от своего господина, Разящий зверь, по-видимому, не испытывает ни малейшей тяги к интригам или многоходовкам, попросту выслеживая намеченные жертвы и разрывая их на куски. Когда верные Норгорбера призывают его вестника, они способны дать ему лишь минимум указаний помимо списка лиц, предназначенных на заклание, да и в этом случае удержать Разящего зверя на намеченной цели бывает крайне непросто.

БОЖЕСТВЕННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО

Благосклонность и гнев Норгорбера незаметны, но сокрушительны.

Малое благословение: Норгорбер оберегает ваши тайны и ложь. Один раз, когда при проверке Обмана ради Лжи у вас выпадает провал, вы вместо этого получаете критический успех. Норгорбер обычно дарует это благословение ради защиты исключительно важной лжи.

Умеренное благословение: Ваши яды не иссякают. Если ваш Удар отравленным оружием завершается критическим провалом, либо успешен, но не наносит рубящего или колющего урона, доза яда не расходуется. Яд по-прежнему расходуется лишь после успешного нанесения существу.

Великое благословение: Вы становитесь живой тайной. Вы невосприимчивы к эффектам обнаружения и прорицания, а также к попыткам магически изменить вашу память, если только вы сами не пожелаете подпасть под их действие или если эти эффекты не исходят от божества, артефакта или источника сравнимого могущества. Кроме того, вас невозможно обманом или силой принудить немагическими средствами раскрыть тайну, которую вы желаете сохранить.

Малое проклятие: Норгорбер позволяет ворам одержать верх над вами. Всякий раз, когда вы Зарабатываете на жизнь, вы получаете деньги так, словно уровень задачи был на 2 ниже, из-за краж, потерь или злого рока.

Умеренное проклятие: Яды быстро валят вас с ног. Когда при спасброске Стойкости против яда у вас выпадает провал, вы вместо этого получаете критический провал.

Великое проклятие: Норгорбер похищает ваши воспоминания. Один раз в день при пробуждении от отдыха бросьте 1d4. При результате 1 вы навсегда забываете события предыдущего дня. При результате 2 вы временно страдаете от полной ретроградной амнезии на этот день, будучи не в силах вспомнить прошлое, включая собственную личность. При результате 3 вы временно забываете один важный предмет или тему на этот день (Норгорбер обычно намеренно выбирает воспоминание, способное причинить наибольшую боль, например, заставляя забыть о супруге в годовщину свадьбы). При результате 4 вы на этот день временно обретаете ложные воспоминания об одной важной теме, неразличимо вплетённые в ткань вашей истинной памяти.

АФОРИЗМЫ

Последователи Норгорбера часто используют присказки, которые можно замаскировать в обычной беседе.

Каждая трапеза — последняя: Никогда не знаешь, когда привычный образ жизни — или сама жизнь — оборвётся, поэтому бери всё от каждого мгновения. Это речение прижилось и за пределами культа, превратившись в распространённое благословение над пищей среди тех, кто опасается яда.

Это лишь прелюдия: Минуты триумфа способны нести в себе семена собственного падения, поэтому лучше избегать самоуверенности в себе и безжалостно пользоваться ею в других. Фраза служит одновременно напоминанием и предостережением.

Одной рукой я даю: Часто используемая в качестве приветствия или для закрепления сделки, эта присказка служит скрытым предостережением о том, что подлинные намерения говорящего всегда сокрыты от глаз.

ПРАЗДНИКИ

Открытые празднества способны привлечь нежелательное внимание, поэтому у почитателей Норгорбера есть лишь один главный праздник.

Ночь Вознесения: Верные Норгорбера отмечают его вознесение в ночь со 2 на 3 деснуса. В этот вечер прихожане собираются ради безмолвных, сосредоточенных молитв той ипостаси Короля Воров, которую они почитают, и строят планы на более зловещее празднество, происходящее в глухую пору зимы, когда ночи особенно длинны. Этот обряд включает выбор случайной жертвы, которую отравляют медленно действующим ядом, жестоко убивают, грабят на крупную сумму или ложно обвиняют в чудовищном преступлении, которого та не совершала. Большинство верных каждый год меняет детали и дату совершения этого злодеяния.

ОБИТЕЛЬ

Норгорбер обитает в Глуби Сумрака — раскинувшемся подземном городе под районом Актун владыки Абадара в Аксисе, который примерно зеркально отражает лежащий выше мегаполис. Его строения свисают прямо со сводов исполинской пещеры, покачиваясь над дном пропасти в мерном ритме, словно их стены дышат. Внизу извилистые тропы кишат чудовищами, что поднимаются из маслянистых озер на полу пещеры и вновь растворяются в них, настигнув и растерзав добычу. Тропы практически непроходимы и сдвигаются прямо под ногами идущих, однако многие пытаются пройти ими, ибо гласят легенды, что глубочайшие секреты Норгорбера сокрыты в конце одной из этих петляющих троп. Порталы из Глуби Сумрака соединяют планы Ада, Абаддона и Внешних Разломов с Аксисом, служа перевалочным пунктом для тварей из нижних сфер, жаждущих напасть на верхний план, а прислужники Норгорбера используют эти владения как базу для вылазок в Аксис с набегами, грабежами и интригами.

ПОборники

Поборники Норгорбера — это те, кто постиг и обратил себе на службу все четыре его ипостаси. Они добывают секреты — как людей, так и алхимии, — используют их для обретения власти и убивают с абсолютной безнаказанностью, часто прибегая к ядам. Они также, вопреки своему званию, являются самыми скрытными из всех последователей Норгорбера, крайне редко примыкая к делу послушания, если только это не служит частью глубоко продуманной маскировки. Вместо этого они предпочитают брать всё, что пожелают, и многие из них избирают дело нечестия, действуя исключительно ради собственной выгоды. Движимые собственными вожделениями и считающие чужие жизни ничтожными, они служат Норгорберу, пуская в ход тайны и насилие, которые сокрушают города и разжигают кровопролитные войны. Те же, кто изначально поклонялся Чернопалому, могут вместо этого избрать дело осквернения, сея алхимическое опустошение рука об руку с магической скверной и стремясь раздвинуть границы власти над тайнами разложения.